Полковник Макгрегор: Нетаньяху выбивает из Трампа согласие на ядерный удар по Ирану уже через месяц

Из-за рубежа валом идут сообщения, что сразу после 3 ноября, когда в Соединенных Штатах завершатся судьбоносные для политической судьбы Дональда Трампа выборы в Конгресс его страны, война на Ближнем Востоке вспыхнет с небывалой силой.

Многие считают новую войну уже совершенно неотвратимой. И подчеркивают, что интрига единственная: применят ли США и Израиль на этот раз тактическое ядерное оружие против Ирана? Или не рискнут этого сделать?

Из каких составляющих складывается столь катастрофическая не только для ближневосточного региона картина?

Прежде всего - из прискорбных для Вашингтона и Тель-Авива итогов предыдущего раунда их войны с Ираном, начавшегося в феврале 2026 года. Тогда несмотря на гигантские военные усилия союзников, персы не только выстояли. Фактически блокировав перевозки нефти по Ормузскому проливу, они начали диктовать врагам собственные условия прекращения боевых действий.

Мало того. И американцы, и израильтяне убедились, что даже самыми мощными в мире бомбами GBU-43/B MOAB с обычными боезарядами они не в силах ни остановить ядерную программу Ирана, ни лишить его возможностей массировано и практически неотвратимо применять в ответ дальнобойные баллистические ракеты. Поскольку все необходимое для этого персы заблаговременно упрятали в толщу скальных пород по всей территории ИРИ.

По данным зарубежных источников, всего в Иране до 50 крупных подземных военных баз и ключевых промышленных предприятий. А поскольку обычным оружием сокрушить их, как оказалось, невозможно, вопрос применения против Ирана тактических ядерных боеприпасов в США и Израиле теперь поставлен во весь рост.

С особой силой опасения, что в следующем раунде лишь приостановленной войны американцы и израильтяне все же рискнут пойти на соответствующий шаг, вспыхнули после 19 октября. То есть после внезапного и необъявленного заранее визита в Израиль министра войны Соединенных Штатов Пита Хегсета и его личной встречи с Беньямином Нетаньяху.

Характерная деталь: российский политолог-востоковед Елена Супонина располагает данными, что этот приезд Хегсета оказался неожиданным даже для Нетаньяху. Который, по ее словам, «узнал о приезде американского гостя буквально за считаные часы». Эта чрезвычайность, считает Супонина, и породила волну слухов, что боевые действия против Ирана возобновятся уже в ближайшее время.

О чем был тот разговор? Широкой общественности это неизвестно. Но многие подозревают, что Хегсет и Нетаньяху согласовывали сроки и основные детали нового совместного нападения на Иран с самыми решительными целями.

Масла в разгорающийся костер подозрений подлили сразу несколько дополнительных и весьма угрожающих фактов.

Первый: 22 сентября с трибуны Генеральной Ассамблеи ООН Дональд Трамп крайне кровожадно пригрозил персам: «Мы уничтожим Исламскую Республику и сделаем это быстро. Мы загоним их в ад без шансов на выживание и без надежды на будущее величие».

Второй: почти тут же в Вашингтоне решили срочно увеличить свою военно-морскую группировку в районе Персидского залива сразу до трех авианосных групп. С этой целью из Сан-Диего в начале октября в регион в дополнение к уже несущим там службу атомным авианосцам «Джордж Буш» и «Джордж Вашингтон» к был направлен атомный авианосец «Теодор Рузвельт» в сопровождении трех эсминцев УРО.

На борту прибывающих кораблей до 9 тысяч морских пехотинцев, авиаторов и моряков других военных специальностей. По расчетам, новая армада подойдет на Ближний Восток к середине ноября.

Наконец, третий факт: в ночь на 20 октября несколько десятков израильских боевых самолетов провели демонстративную имитацию новой разбойничьей массированной воздушной атаки Ирана. Сначала они через воздушное пространство Сирии и Ирака пролетели около 1300 километров до самой границы с ИРИ. А затем развернулись и отправились восвояси.

Все это очень походило на серьезную проверку состояния системы ПВО персов перед решающей битвой. И, конечно, это был акт неприкрытого устрашения противника.

Естественно, на фоне столь мрачных новостей с Ближнего Востока весь мир гадает: чего там ожидать далее?

Среди множества экспертных комментариев на эту тему выделяется, на мой взгляд, мнение известного американского военного обозревателя, бывшего советника главы Пентагона полковника армии США в отставке Дугласа Макгрегора. Вот что он сказал:

«Думаю, мы на пороге того, чтобы ввязаться в новую войну на Ближнем Востоке. Только в куда более масштабном варианте, чем раньше.

Давайте отложим в сторону финансовые и экономические последствия этого шага. Ущерб от которых будет, без сомнения, огромен. И рассмотрим только стратегические последствия с военной точки зрения.

С военной точки зрения иранцы сделали все, что обещали. Одно из их обещаний заключалось в том, что они собирались отвечать нам и Израилю соразмерно. Но при этом Тегеран проявил удивительную сдержанность. Он не использовал все имеющиеся в его распоряжении оружие. Поэтому не поразил все цели, которые мог.

Но теперь там ясно дали понять, что сдержанности больше не будет. Они готовы уничтожить все, до чего в состоянии дотянуться.

В частности - нефтяную инфраструктуру Ближнего Востока, опреснительные установки арабских стран, расположенных на западном побережье Персидского залива. То есть - от Объединенных Арабских Эмиратов и вплоть до границ Ирака.

Кроме того, персы дали понять, что готовы принять решение о начале наземной операции. Подозреваю - они пересекут Залив на быстроходных катерах и проведут молниеносные диверсионные рейды на территориях своих противников. Прежде всего - в Кувейте.

Последствия, конечно, нас ждут катастрофические. Мировая энергетическая система будет практически уничтожена. На ее восстановление уйдут годы и годы. Потому что пока не завершатся боевые действия на Ближнем Востоке, никто не будет вкладывать туда деньги.

Но когда придет время инвестировать, я подозреваю, что это будет Китай. И никто другой.

Тогда на какую выгоду могут рассчитывать США, снова развязывая войну в Заливе? Во-первых, я не уверен, что президент Трамп в вообще состоянии ответить на этот ключевой вопрос.

Более того, не думаю, что и у предыдущей войны с Ираном была какая-то стратегическая необходимость. Не было никаких оснований для той военной конфронтации, которую мы спровоцировали. Нам это ничего не давало.

Но у Трампа нет и никогда не было ясной стратегии на Ближнем Востоке. В тот раз он просто отвечал на требования Израиля помочь ему стереть с лица Земли Иран.

Давайте вспомним, как развивались события. Сначала было: «О, давайте будем бомбить Иран два-три дня! Режим в Тегеране настолько непопулярен и слаб, что развалится на части. В конце концов иранский народ при небольшой поддержке наших спецслужб восстанет и свергнет ненавистный ему режим».

Но все пошло не по плану. Мы лгали, когда утверждали, что власти Ирана убили тысячи своих сограждан. Что они жестоки и деспотичны.

Ну, вы и сами знаете привычные нам по истории с Саддамом Хусейном слова, что в Вашингтоне обычно употребляют, когда намерены демонизировать тех, на кого мы хотим напасть.

Вспомните еще Милошевича и Югославию. Там было то же самое. Но с Ираном это не сработало.

Тогда мы перешли к следующему этапу: надо военной силой заставить их капитулировать. Как это сделать? Конечно, хорошенько пробомбить!

Но и это не сработало. Все провалилось с треском.

В итоге договорились о каком-то неясном, расплывчатом прекращении огня. Одновременно наш президент был вынужден все же начать изучать реальную экономическую ситуацию в Соединенных Штатах. И обнаружил, что стратегический нефтяной резерв его страны на исходе.

В результате Трамп заявил Тегерану: «Согласен, на этом этапе вы победили. Однако давайте все же возобновим поставки нефти через Ормузский пролив».

Но и это продлилось недолго. Таким образом, кампания Израиля по уничтожению самого могущественного его врага в регионе с нашим участием провалилась.

А в итоге у нас до сих пор нет стратегии. Потому что как можно уничтожить страну размером с Западную Европу, в которой проживает 93 миллиона человек? Единственный способ - применить ядерное оружие. Вот к чему мы пришли.

Послушайте: нам придется применить против Ирана тактическое ядерное оружие. С обычным арсеналом у нас нет шансов.

Уверен, что прямо сейчас это и обсуждают в Вашингтоне. И именно об этом на днях в Израиле разговаривали Хегсет и Нетаньяху.

При этом подчеркиваю: разговор идет только о тактическом ядерном оружии. Мы не имеем ввиду 50-мегатонную ядерную бомбу.

И сейчас военное руководство США думает: «Только тактическое ядерное оружие способно дать нам то, чего мы в 1945 году добились в Хиросиме и Нагасаки. Его может оказаться достаточно, чтобы Иран рухнул».

Между тем, и Трамп, и израильтяне уверены, что со стороны противника ответного ядерного удара не последует. Что у самих иранцев, вопреки тому, что израильтяне твердили миру 30 лет, нет собственной ядерной бомбы.

Но это не значит, что другие не в силах передать им одну или несколько ядерных боеголовок. Например, такое оружие имеется у Пакистана. Могут те передать его своим единоверцам в Иране? Это возможно. Но пока, надеюсь, не произошло.

Но еще одна сторона проблемы: если даже ядерное оружие по Ирану применим только мы и израильтяне, а противник не сможет ответить нам чем-то подобным, тогда что предпримут русские и китайцы?

Ну, китайцы больше всех заинтересованы в прекращении войны на Ближнем Востоке. Потому что понимают, что это катастрофа для их бизнеса. В Пекине сознают, что тотальное разрушение всей топливной системы планеты гибельно скажется на экономическом состоянии глобального Юга.

При этом для восстановления понадобятся не два или три года. Ведь речь не о ремонте одного или нескольких трубопроводов или насосных станций. На кону полный структурный хаос в Персидском заливе. Это станет настоящей катастрофой для всех. И все будут вечно ненавидеть нас за это.

Но Трампу все равно. Как и большинству его людей в Вашингтоне.

А теперь давайте поговорим о вероятной реакции России. Мы использовали Украину как таран против нее. А Европу - как плацдарм для того, чтобы сделать с Россией то, что сейчас мы намерены устроить с Ираном. Это не сработало. Мы проиграли.

Я имею в виду, что сегодня Украина - умирающая страна. Европа разваливается. Россия сильна, как никогда. Она не страдает от наших санкций так, как принято считать на Западе.

В ближайшие месяцы русские «зачистят» поле боя на Украине. И на десятилетия вперед продиктуют, как в дальнейшем будет выглядеть этот регион.

Так что всё, что у нас осталось, это попытаться решить в свою пользу дело хотя бы с Ираном. Но с ним слишком много неопределенностей.

Мы не знаем, сможет ли ядерное оружие прямо сейчас появиться в регионе буквально из ниоткуда. А потом упасть на Хайфу и Тель-Авив. Мы даже не знаем, насколько быстро иранцы способны создать собственные ядерные боеголовки.

Поэтому в чем главная проблема с применением тактического ядерного оружия на Ближнем Востоке? В том, что ты первым нарушаешь табу, которое довлело над миром с августа 1945 года. И тем говоришь миру: «Да, мы это сделали. Наверное, теперь и вы можете последовать нашему примеру».

Тогда и русские могут подумать: «Ну что же, если такое сработало в Иране, возможно, сработает и на Украине?».

Да и сами Соединенные Штаты впервые за последние столетия могут оказаться мишенью для противника. Ведь мы же совершенно не в курсе, что в этом смысле в ближайшей перспективе может случиться в Мексике и на Кубе. Иными словами - в двух не слишком дружественных к Соединенным Штатам странах. Однако расположенных у самых наших границ. И в последние сто лет управляемые враждебно настроенными к Америке людьми.

Поэтому то, что прямо сейчас назревает в Иране, крайне опасно и для США тоже».