С места событий: Чем запомнилась встреча глав МИД "Большой двадцатки" в Атланте

В США завершилась встреча министров иностранных дел Группы двадцати (G20). Местом проведения мероприятия была выбрана Атланта (штат Джорджия). Стоит отметить, что США внесли максимальное разнообразие в организацию совещаний по линии G20, где они председательствуют в этом году. Каждая встреча проходила в новом городе. В Эшвилле собирались министры финансов и главы центробанков, в Хьюстоне - главы ведомств по вопросам энергетики, в Милуоки - по вопросам торговли. Саммит пройдет в Майами.

Каждая из прошедших встреч вносила свой вклад в подготовку итогового документа, который должен быть принят на встрече лидеров стран "Большой двадцатки". Но удастся ли это сделать? Появлению такого документа мешает множество разногласий. Из-за них встреча министров иностранных дел в Атланте завершилась без совместного коммюнике. США выпустили лишь заявление председателя, и это было ожидаемым. Мероприятие проходило в максимально закрытом режиме. Журналистам, собравшимся в пресс-центре, показали лишь вступительное слово госсекретаря США Марко Рубио. Длилось оно две минуты. Рубио успел сказать, что мир сталкивается с серией экономических и геополитических кризисов, и на "Большой двадцатке" лежит ответственность за поиск их решений. По словам дипломата, страны G20 - глобальные лидеры, и от них зависит благополучие почти всего мира.

Ради того, чтобы услышать эти слова, мне, как и моим коллегам по пулу, пришлось вставать в шесть утра (а прилетели мы около полуночи по местному времени), чтобы добраться до отеля Loews Atlanta, где проходила встреча министров. Там идти-то было всего несколько минут, но организаторы предупредили, чтобы не было проблем с поиском места в пресс-центре, надо попасть в здание как можно раньше. Обманули. В течение всего времени, что я находился в том зале, никаких проблем с местом не возникло. Впрочем, столь ранний подъем имел свои плюсы. Я увидел, как просыпается город. Хотя назвать район Мидтаун лицом Атланты сложно. Это деловой район, где много офисов, стеклянных высоток. Правда, небоскребы иногда соседствуют с небольшими, одно- и двухэтажными домами.

В шесть утра город еще спит. На улицах лишь редкие автомобили, пара прохожих. Напротив места проведения МИД G20 на лавочке скрючился бездомный, завернувшись в одеяло. Такое соседство не смущает полицейских, охраняющих подходы к отелю Loews Atlanta. Но через несколько часов этот бездомный отправился по своим делам, ему явно мешали спать полицейские сирены, с которыми к отелю подъезжали кортежи. В США они очень пронзительные. Сам чуть не оглох, когда проезжавшая мимо полицейская машина врубила сирену.

Чтобы попасть внутрь здания, прохожу проверку служб безопасности. Сначала мои вещи обнюхивает собака, затем прохожу через рамку металлоискателя. Поднимаюсь на лифте на нужный этаж. Самому прокатиться на нем невозможно. В лифте охранник, который выполняет обязанности лифтера. На нужном этаже приходится следовать указаниям все новых охранников, они стоят в каждом проходе, регулируя движение по коридорам. Для журналистов доступен только один путь - в пресс-центр.

Времени до начала мероприятия еще много. Решаю осмотреться. Выхожу на улицу и вижу единственное указание, что в городе проходит встреча глав МИД "Большой двадцатки". Прямо напротив отеля плакат: "G20, встреча министров иностранных дел. Добро пожаловать в Атланту!". Конечно, все журналисты постарались запечатлеть это изображение, и я не исключение. Других визуальных свидетельств проведения мероприятия такого уровня не видно даже на близлежащих улицах.

Зато наблюдаю классическую картину из американского кино: полицейский, нагруженный стаканчиками с кофе, несет их своим коллегам, охраняющим место встречи министров. Еще у одного бумажный пакет в руках. Что внутри, не знаю, но подозреваю, что пончики. Тогда образ был бы завершен.

Надежды, что нас, журналистов, куда-то пустят, не оправдались. Лишь операторам телеканалов и фотографам позволили зайти на несколько минут в зал, где проводились дискуссии. Остальные наблюдали за залом на экранах в пресс-центре. Первым делом бросается в глаза рассадка министров. Сами они еще не появились, но таблички уже стоят на столах. США, Россия, Китай и Индия заняли четыре стороны за квадратным столом заседаний. Получилось такое мировое равновесие.

В центре, на месте председателя, естественно, США, а рядом, что крайне неожиданно, - Польша. Она не является членом "Большой двадцатки". Не дотягивает по уровню экономического развития. Но США пригласили ее в рамках своего председательства в качестве полноценного члена. И это при том, что они не допустили до работы настоящего члена G20 - ЮАР. Произошло это из-за конфликта между Вашингтоном и Преторией, разразившегося еще в 2025 году.

Пока мы ждем начала мероприятия, выясняется, что совместного фотографирования не будет, организаторы отменили процедуру. Почему? Ответ дала официальный представитель МИД РФ Мария Захарова. Оказывается, этому воспротивились европейцы, в частности глава МИД Германии Йоханн Вадефуль и поляк Радослав Сикорский. А ведь всего месяц назад тот же Вадефуль рвался на встречу с Лавровым на полях недели высокого уровня Генассамблеи ООН. Беседа состоялась, но ничего нового российский министр от своего визави не услышал. А в Атланте Вадефуль пригрозил оставить Лаврова без общего фото. "Как говорится, напугал Вадефуль Сергея Викторовича обнаженной немецкой дипломатией", - оценила этот разворот Захарова. Высказалась она и о Сикорском, раскритиковавшем участие Лаврова в мероприятии. "И это говорит глава МИД страны, не входящей в "двадцатку" и занимающий на этой встрече чужое кресло - место ЮАР. Более неловкого момента в истории даже для Сикорского сложно припомнить", - отметила Захарова.

Но эти нелепые попытки европейцев изолировать Россию провалились. Не в первый раз. Как оказалось, во время торжественного приема, который Рубио организовал в местном океанариуме, Лавров пользовался большой популярностью. Состоялось множество контактов на ногах, что тут же запечатлели фотографы. Они засвидетельствовали общение Лаврова с Рубио, новым главой МИД Индонезии Аррманатом Кристиаваном Насиром (он был назначен на эту должность 1 октября), индийским министром Субраманьямом Джайшанкаром, саудовским принцем Фейсалом бен Фарханом Аль Саудом и многими другими. В том числе с главой МИД Японии Тосимицу Мотэги. С ним, кстати, Лавров провел полноценные переговоры. Как указали на Смоленской площади, разговор состоялся по просьбе японской стороны. Детали переговоров остались за закрытыми дверями, в МИД лишь указали, что японской стороне было указано, что для возобновления полноценного межгосударственного диалога необходим отказ Токио от недружественного курса. Так что контактов у российского министра было предостаточно.

В отличие от европейцев, Лавров не боялся общаться со СМИ. Мои коллеги по мидовскому пулу пытались попасть на пресс-конференцию немца Вадефуля, но их и близко не подпустили к нему. А вот Сергей Викторович спокойно отнесся к присутствию на своей пресс-конференции западных корреспондентов и ответил на вопросы представителей "Франс Пресс" и "Дойче велле".

Но первым делом он ответил на вопрос "Российской газеты". Мне первому была предоставлена возможность задать вопрос министру на пресс-конференции. Я попросил его оценить, что изменилось после перехода председательства от стран-членов БРИКС (Индонезия, Индия, Бразилия и ЮАР выполняли эти обязанности с 2002 по 2025 год) к США. "Председательство всегда влияет на характер дискуссии, на выбор тем, которые будут ключевыми", - указал Лавров. В этом году это энергетика, продовольственная безопасность, инновации, цепочки поставок. "Это, по-моему, те направления, которые и при бриксовском председательстве были бы обязательно обозначены на такого рода мероприятиях", - отметил глава МИД РФ. При этом он обратил внимание на разногласия, которые сохраняются между членами G20. "Придется искать компромиссы по освобождению энергорынка, продовольственного рынка от влияния таких факторов, как протекционизм, незаконные санкции, разрывающие те самые цепочки поставок и подрывающие коммерческую сторону доставки энергоресурсов потребителям", - заявил Лавров. По его мнению, прагматизм американцев может помочь, но "договариваться по итоговым документам саммита будет непросто". Как подчеркнул министр, Москва приветствует нацеленность США на диалог и желание деполитизировать дискуссии.

Дорога до Атланты у нас заняла более 20 часов. Точный маршрут раскрывать не стану - это вопросы безопасности. Но нам пришлось облетать воздушное пространство недружественных стран, а к ним сегодня относится почти вся Европа. До кризиса в отношениях между Москвой и Западом путь из России в США пролегал как раз над Европой. В те времена до Нью-Йорка из российской столицы можно было добраться примерно за девять часов. Когда европейцы закрыли свое воздушное пространство для российских самолетов, Лавров был вынужден летать на Генассамблею ООН, которая проводится каждый год в сентябре в Нью-Йорке, так называемым северным маршрутом, то есть через северный полюс. Но в этот раз такой путь не подходил. Дело в том, что Нью-Йорк находится на севере США, а Атланта на юге, и к этому городу проще всего было подлететь с юга. Поэтому был выстроен более сложный маршрут, в ходе которого потребовалась дозаправка.

Тем же путем мы возвращались обратно. Теперь об этом можно говорить более открыто. В аэропорт Атланты нас, журналистов, привезли заранее, чтобы пройти досмотр. Проверка от страны к стране меняется: где-то надо просветить багаж, где-то его обнюхивают собаки. В США предпочли второй способ. Пока мы стояли на летном поле и ждали завершения проверки, я огляделся. Тут есть на что посмотреть. Аэропорт Хартсфилд-Джексон считается одним из самых загруженных в мире, и здесь можно увидеть самолеты различных производителей и моделей. Вот неподалеку с нашим Ил-96 стоит бразильский "Эмбраер", а вот канадский "Бомбардье". Конечно, тут полно "Боингов", один из них серого цвета, явно военный. А вот и два истребителя F-16.

Получив разрешение подняться на борт, заходим в самолет. Пока размещаем багаж на полках и в отсеках, становится ясно, кто в детстве много играл в "тетрис". У меня самого небольшой чемодан, я его легко закинул на полку. А вот коллегам, особенно с телевидения, приходится постараться, чтобы уложить свои вещи.

Дожидаемся министра и поднимаемся в воздух. Мне досталось место у иллюминатора. Несколько минут в воздухе - и вот передо мной открывается одноэтажная Америка. Теперь мне понятно, что светилось на земле, когда мы подлетали к Атланте. То тут, то там разбросаны небольшие населенные пункты, иногда всего из нескольких десятков домов. Пара часов лету - и мы уже на побережье. Похоже, под нами проносится Флорида. Когда в иллюминаторе появляется последний клочок суши по ту сторону Атлантики, в голове играет песня "Гудбай, Америка". На половине пути снова совершаем посадку для дозаправки. Места хорошо мне знакомые: я тут не раз бывал по пути в Латинскую Америку и обратно. Как обычно, нас отвозят в терминал, где местные работники угощают нас чаем. Интересная традиция. Здесь принято наливать чай, высоко поднимая чайник над стаканом. Получается такое мимолетное знакомство с местными обычаями. Мне нравится. Но перерыв окончен, садимся снова в самолет, и в путь. В итоге обратная дорога заняла около 18 часов. Если сложить с теми 20 часами, что ушли на дорогу в Атланту, получается, что мы провели в дороге 38 часов - дольше, чем само пребывание в США. Что ж, бывает.